Юльч
вечная музыка...
Дул восточный ветер. По городу Ха шел Вася Катин и жадно нюхал этот ветер в предчувствии чего-то необычного. Накануне ему попалась на глаза цитата из БГ: «Нам всем с детства говорят, что вещи вот такие и только такие. А на самом деле они вовсе не таковы, какими их нам представляют. Вещи вообще не такие. И человеческая гениальность как раз в том и состоит, чтобы быть открытым всему новому. Отличительная черта всех гениев – их открытость». Вася Катин все шел и грузился этой цитатой, но открыться никак не получалось. И тут он увидел плакат в окне магазинчика, на котором среди месива строчек без пробелов выделялись слова: «...РАСпродажаРУбашексСВИТЕРОВиЧегоТоТамЕще...»
Вася вообще втупил в это словосплетение. Надо сказать, что когда-то он хотел поступать на филфак, а тут – такой лингвистический деликатес! И он начал играть с этой строчкой, расплетать ее смыслы и вязать новые:
«...башекссвитеров... башек с свитером... бошек с витером... бошек с ветром! Эврика!» - заорал Васька и ломанулся в магазинчик, чуть не сбив с ног Севу Такина, как раз выходившего оттуда.
Тот еле успел отскочить, а Вася оказался в полутемном пространстве. Везде, насколько хватало взгляда, на полках стояли головы. А еще в магазинчике был приглушенный свист ветра из этих голов. У входа стояла голова арабского вида с горячим южным ветром – благодаря ей холод с улицы не проникал в маленький уютный магазинчик. И еще был интересный продавец. Староватый, сутулый, с морщинками-смешинками, живыми глазами и резкими движениями.
- Чего угодно, молодой человек? – спросил он Васю Катина.
- Мне бы голову сменить, - сказал Вася. – Я хочу гением стать. И не вижу иного выхода.
- А вы знаете, вам ведь не какая попало голова подойдет, - сказал Сентябрь за прилавком (забыл сказать, было у него такое прозвище).
- А почему?
- Странные вы люди, уже пятый раз за день спрашиваете, - недовольно пробурчал Сентябрь. - А потому что это зависит от того, с чем ваша головушка. В ней тоже ветер, или в ней что-то другое? Ведь у кого-то не голова, а дом советов, а у кого-то в голове сплошная каша. Кто-то живет без царя в голове, а кто-то с тараканами в ней... и вообще, есть люди, у которых 104 головы, как сказал БГ.
После этого в голове Васи Катина началась полная катавасия. Только он собрался стать гениально открытым, как его жестко нагрузили. И приправили цитатой из его же любимого БГ!
- Ну, э, мне бы голову с восточным ветром, - промямлил он Сентябрю. Тот ухмыльнулся и достал голову с нужным ветром.
- Так-с, а теперь снимите вашу, так как головы не покупаются и не продаются, а лишь обмениваются - то, что в них, выше любой купли-продажи. Что? Не знаете, как снять голову? Ну давайте я вам помогу, вот у меня как раз и топорик есть на вашу хилую шейку... Да не отшатывайтесь, шучу я! Головы меняют так: надо дернуть за оба уха вверх одновременно.
Вася сдуру так и сделал. Его голова отскочила от тела, тараканы в ней испуганно зашипели, а он ощутил фантастическое ощущение свободного полета. Тело хотело упасть, но Сентябрь опытным движением подхватил его и поставил на плечи новую голову. А прежняя голова Васи просто обалдела без тела. Ей показалось, что она поняла, что такое абсолютная открытость!
Голова с восточным ветром повертелась на шее, хмыкнула и сказала Сентябрю:
- А это тело неплохо управляется! Спасибо вам.
Сентябрь улыбнулся и поставил старую голову на полку. Затем он спросил ее:
- А почему вы выбрали именно восточный ветер?
Тараканы в голове закопошились и сгенерировали ответ, который воспроизвели связки шеи, уже не нуждавшиеся в легких для подачи воздуха:
- Потому что восточный ветер – это ветер, который всегда приносит что-то интересное. Южный несет лишь тепло, северный – холод, западный – только дует, потому что ему это нравится, к тому же может принести опасный ураган. А восточный ветер – это просто и со вкусом. Кстати, когда еще был Васей Катиным, хотел вас спросить, а бывают ли самостоятельные головы, которым тело не нужно?
- А то! – воскликнул Сентябрь. – Вот взять хотя бы Пушкина. Да не его самого, а его произведения. Помнишь, кажется, в Руслане и Людмиле, была голова богатыря, просто голова в чистом поле, но только очень большая и говорящая?
- Дааа... – задумчиво ответила голова на полке.
- Ну вот, как раз такой случай. Вероятно, сначала эта голова не захотела нового тела, так как она слишком любила старое, а потом еще и захотела укорениться на родной земле. И вот она пустила корни на этом поле – и выросла очень большой. Стала местным чудом, с путниками разговаривала. А что самое странное, - Сентябрь наклонился вплотную к собеседнику и, сделав страшные глаза, последние слова произнес шепотом, - шлем на этой голове рос вместе с ней, как единое целое!
И они еще долго разговаривали на разные темы и вспоминали странные случаи. Васе Катину показалось, что прошла целая вечность, или что время вообще пошло вспять.
Когда он наконец-то пошел из магазинчика, его в дверях чуть не сбил с ног какой-то молодой человек, так сильно хотевший попасть внутрь, что на него не обратил никакого внимания.
Вася еле успел отскочить. Он вышел на улицу, и восточный ветер в его новой голове вторил самому себе вне головы. Вася подкрутил ухо, регулируя силу ветра в голове, чтобы тот не особо шумел. К нему пришло удивительное ощущение четкости понимания всего окружающего мира. На что бы он ни глянул, все становилось предельно простым. Вот он увидел вывеску сантехнического магазина «КРАН» и сразу понял, что это никакой не кран, а замаскированный НАРК, то есть это даже круче, чем в Амстердаме – пока они там легализовывали травку, в Ха развилась широкая сеть реализации дури в красивых никелированных и эмалированных упаковках. Потом он увидел на другой вывеске тройной, то есть растроеный язык, лижущий пластиковые шторы. И сразу же понял: язык расстроен потому, что он все время вынужден лизать эти грязные шторы. И еще он понял, что он уже не прежний человек. Он уже не Вася Катин.
Подумал лишь мгновение, и услужливый восточный ветер предложил ему новое имя: Сева Такин. Бывший Вася по старой привычке попробовал имя на вкус. Вполне нормально. На этот день сойдет, подумал он и стал Севой Такиным. И еще он подумал, что в пустой голове и мыслям просторней (восточный ветер довольно просвистел в ушах). И до того, как еще один молодой человек сменил себе голову в маленьком магазинчике посреди большого города, Сева Такин успел подумать одну самодовольную мысль: «Я бессмертен в своей бесконечности».
Дул восточный ветер. По городу Ха шел Сева Такин и становился гением. Sapienti sat.

©Димыч 08-05-2008